ВИЧ-статус: с какими проблемами сталкиваются женщины
11 July 2024
![a person wearing a blue shirt](/sites/g/files/zskgke326/files/2024-07/_dsc4938.jpg)
Елена Растокина – основательница и глава общественного фонда «Answer» (анг. «Ответ»). Более 15 лет назад она узнала, что у нее ВИЧ. У нее двое здоровых детей. Сейчас женщина не скрывает своего статуса и занимается адвокацией в поддержку доступа женщин к специальным социальным услугам.
Большое внимание в своей работе Елена уделяет гендерной составляющей и много говорит о трудностях, с которыми сталкиваются именно женщины, живущие с ВИЧ, употребляющие наркотики, и женщины, освободившиеся из мест лишения свободы.
«Все усугубляется тем, что женщине сложнее устроиться на работу, потому что женщин воспринимают иначе. У нас же как - учительниЦА, уборщиЦА — это женского рода профессии. А вот директор, координатор, менеджер - это все мужское. Это о чем говорит? Это говорит о том, что в отношении женщин есть предрассудки. Их не видят на уровне принятия решений. Они в основном занимают какие-то низовые позиции. Соответственно, женщины и зарабатывают меньше», - подчеркивает Елена.
Сейчас фонд «Answer» реализует несколько проектов, направленных на всестороннюю поддержку женщин. По словам Елены, многие женщины не знают, как обратиться за помощью к государству, как пойти в центр занятости, как открыть бизнес и получить на него финансирование.
«Чем больше перекрестных социальных ролей, (например, если женщина употребляет наркотики, имеет ВИЧ или освободилась с мест лишения свободы) тем больше усугубляется ее ситуация. Я знаю женщин с подобными проблемами, которые долгоне разрешали себе пойти учиться. Они боялись, что с таким статусом их все равно не примут на работу», - рассказывает Елена.
На сегодняшний день женщины с ВИЧ не могут получить доступ к кризисным центрам. То, что государство предоставляет самым уязвимым слоям населения, им недоступно. Если, в случае болезни или инвалидности, женщине с ВИЧ будет необходим индивидуальный помощник – социального работника в помощь государство тоже не предоставит.
![a group of people sitting at a table with a laptop](/sites/g/files/zskgke326/files/2024-07/_dsc4960.jpg)
Также Елена рассказала, что многие казахстанки не знакомы с азами финансовой грамотности. Они не имеют своего дохода, зачастую полностью зависят от мужчины.
«Нужны курсы по повышению финансовой и юридической грамотности. У нас есть огромное количество социальных программ в стране для поддержки женщин, центры занятости помогают трудоустроиться. Однако, многие женщины об этом не знают», - говорит Елена.
Остро стоит и вопрос с жильем. Елена подчеркивает, что необходимо открывать доступ к государственным шелтерам для женщин из уязвимых групп. В Казахстане существуют шелтеры для женщин, пострадавших от бытового насилия, но, если факта насилия не было и некуда идти?
«Во время пандемии COVID-19, я пугалась, увидев огромное количество женщин, которые пытались ночевать на улице, на лавочках. Им некуда было идти. Они потеряли работу, их выгнали из арендуемых квартир. Некоторые были с детьми. Где им жить? И это были женщины, смотря на которых не скажешь, что она занимается криминалом или употребляет наркотики. Ей просто негде жить», - вспоминает Елена.
Еще одной проблемой женщин с ВИЧ Елена называет самостигматизацию. По ее словам, казахстанки с ВИЧ-положительным статусом боятся быть отвергнутыми обществом, близкими, снова и снова переживать момент, когда нужно рассказать о своем ВИЧ-статусе. Эти женщины тяжело идут на контакт с психологами.
«Рассказывать кому-то о диагнозе страшно. Когда пытаешься познакомиться с новым человеком – надо говорить заново. Надо снова пережить тот момент, когда он или она скажет «да» или «нет», когда он или она отвернется или скажет «все в порядке». Однозначно присутствуют стыд, страх одиночества, низкая самооценка.», -рассказывает Елена.
Глава фонда «Answer» обратила внимание на проблему стигмы и предубеждений. Это прямо связано со ст.118 п.1 Уголовного кодекса Республики Казахстан «Заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ». В мире давно известно, что человек с ВИЧ, принимающий на постоянной основе АРВТ-терапию, не может передать ВИЧ-инфекцию. Такие люди безопасны для общества. Однако, в Казахстане мало кто знает об этом факте, и люди полны предубеждений относительно вируса иммунодефицита человека.
«Наше законотворчество опаздывает по времени от науки. Науке это известно уже 10 лет, а в законах как была постановка в опасность заражения - так и осталась. Когда кто-то узнает, что у него или у нее ВИЧ-инфекция, они подписывают соответствующие документы, и с того момента все время «ходят под статьей». Они чувствуют себя преступниками. Если известно, что один человек на учете, а другой нет - значит, он его поставил в опасность инфицирования. У нас есть примечание в статье, что если ты сообщил о диагнозе - то тогда ты не виноват. Но как нужно правильно рассказывать о своем ВИЧ-статусе - не написано. Это значит, что необходимо либо идти к нотариусу и заверять расписку, либо идти в СПИД-центр и говорить: «Смотрите, это мой партнер. Распишись, что ты в курсе», и только потом все остальное», - говорит Елена.
По мнению Елены, нужно убрать статью, но ответственность оставить, потому что ответственность за инфицирование ВИЧ можно рассмотреть в рамках статей Уголовного Кодекса «нанесение вреда здоровью средней тяжести» либо «нанесение тяжкого вреда здоровью». И тогда женщины, которых инфицировали специально, не будут бояться подавать заявление в полицию – им будет не так стыдно и страшно.
По статистике, женщины с ВИЧ-инфекцией смелее выражают свои позиции, нежели мужчины. Большее количество женщин живет с «открытым лицом». По предположению Елены, потому что мужчины больше бояться быть отвергнутыми. Ведь по статистике именно представители мужского пола чаще скрывают свой ВИЧ-положительный статус.
Беспокоит Елену и ситуация с молодежью. Елена объяснила нам, что психоактивные наркотики нового поколения повышают либидо, усиливается мания преследования. На фоне того, что молодые люди, употребляющие эти виды наркотиков, все время в паническом состоянии, их сложно обнаружить, войти в группу и начать проверять их на наличие ВИЧ-инфекции.
«Мне кажется, методы работы с людьми, употребляющими наркотики, в скором времени очень сильно поменяются. Если с иными группами мы могли войти в группу, давать им шприцы, чтобы они не распространяли ВИЧ-инфекцию через общие шприцы, могли убедить их тестироваться, то с сегодняшней молодежью все сложнее. В этих группах сложно контролировать ситуацию», - рассказывает о своих опасениях Елена.
Вирус иммунодефицита человека остается одной из основных проблем глобального общественного здравоохранения. На сегодняшний день в Казахстане проживает более 32.000 людей с ВИЧ-статусом. Около 2.300 из них состоят на учете в столице, в г. Астана.
Современная медицина разработала эффективные способы профилактики, диагностики и лечения ВИЧ-инфекции. Сегодня ВИЧ-инфекция перешла в категорию контролируемых хронических заболеваний. Принимая АРВТ-терапию, люди с ВИЧ-статусом могут прожить долгую и здоровую жизнь.
***
Программа развития Организации Объединенных Наций (ПРООН) реализует инициативу SCALE, направленную на продвижение прогресса в достижении целей «10-10-10» путем расширения апробированных и основанных на фактических данных ключевых подходов и стратегий.
Ключевым компонентом SCALE является программа грантов «Право и доступ». Эти гранты являются своеобразными инвестициями в повышение потенциала местных организаций, которые хорошо осведомлены о потребностях своих сообществ. За последние два года при поддержке инициативы SCALE гранты получили восемь организаций в Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане и Украине, два гранта из них реализуются в Казахстане.
Проект SCALE реализуется совместно с Министерством труда и социальной защиты. Проведен национальный тренинг для тренеров - сотрудников центров, оказывающих специальные социальные услуги. В рамках мероприятия был выбран национальный тренер, которая обучала специалистов аналогичных центров в регионах.
Задача ОФ «Answer»: устранить барьер в приказе №230 Министерства труда и социальной защиты, чтобы женщины, живущие с ВИЧ, смогли получить доступ к услугам кризисных центров, а люди, живущие с ВИЧ, люди с инвалидностью могли получить доступ к услугам индивидуальных помощников и специальных социальных учреждений.